Идентификация с клиентом и психодраматическое дублирование

Категория: Материалы учебного курса по психодраме

Павел Корниенко; вариант: v1-0010

Оглавление

1. Понимание клиента через идентификацию

2. Психодраматическое дублирование

3. Приложения

 

Первая часть этой главы посвящена описанию идентификации — основного инструмента, позволяющего феноменологически-ориентированному терапевту понимать клиентов, а вторая — психодраматической технике дублирования. Эти две темы целесообразно описывать вместе, т. к. идентификация с клиентом в психодраме реализуется посредством именно техники дублирования. И в этом смысле первая часть главы будет интересна всем изучающим феноменологически-ориентированную психотерапию, а вторая — в первую очередь изучающим психодраму.

1. Понимание клиента через идентификацию

Можно сказать, что психотерапия часто оказывается полезной за счет того, что на ней многие люди впервые чувствуют себя по-настоящему понятыми (их субъективный опыт стал разделенным и за счет этого — легализованным).

1.1. Ориентация на решение и ориентация на понимание

Клиенты часто уже тогда приходят к терапевту со своими проблемами, когда исчерпали все имеющиеся у них способы решения и отчаялись найти новые. Такая ситуация уже сама по себе хорошо объясняет, почему так часто клиенты надеются получить от терапевта быстрое решение — они нуждаются в решении, как в глотке свежего воздуха. И именно поэтому многие слова к терапевту часто звучат, как просьбы решить их проблему. Терапевты же, со своей стороны, часто проникаются этими просьбами клиентов и обнаруживают в себе желание немедленно помочь и подарить облегчение. И все это создает сразу несколько проблем.

Первая проблема такова: излишняя акцентированность терапевта на поиске решения проблемы клиента очень часто мешает самому терапевту правильно понимать, что происходит с клиентом на самом деле! В каком-то смысле направленность терапевта на поиск решения часто оказывается противоположной направленности на понимание проблемы.

Это не значит, что терапевту не надо стремиться помогать клиентам решать их проблемы. Стремиться помочь клиентам с их проблемами — это ясное и хорошее желание. Но полезно сначала разобраться в сложности клиента, стремясь только понять клиента, и на некоторое время «отложив на полку» стремление помочь, чтобы оно не мешало качественно выполнить работу по пониманию. Сначала важно только понять клиента, и уже затем можно думать о том, что делать с его сложностью!

Если же вы начинающий или обучающийся терапевт, то можно сказать еще более категорично: на сессии стремитесь только понять сложность клиента и проверить у клиента ваше понимание. Что делать вам с клиентом и что клиенту делать с его проблемой, вы подумаете между сессиями. Начинающий терапевт, который думает над решением проблемы клиента до того, как понял, что происходит внутри клиента, явно спешит и обрекает сам себя на лишний стресс и ощущение своей бесполезности во время работы.

Свою лепту в эту сложность терапевта добавляет и общечеловеческое стремление отвечать на заданные вопросы. Большинство людей реагируют на вопросы так, как будто любой заданный вопрос требует прямого ответа на него, а это тормозит запуск более сложных и более нужных размышлений психотерапевта:

  • Что побуждает человека задать этот вопрос? Какие переживания?
  • Какие сложности и ситуации в жизни человека привели к появлению этого вопроса?
  • Как я понимаю сложность клиента, когда смотрю на нее через призму психологических знаний? Чем я, опираясь на это понимание, могу помочь клиенту с его проблемой?

Вторая проблема прямо следует из идей, изложенных в параграфе об активности клиента в тексте ОФП. В идеале клиент должен сам быть тем человеком, который ищет решение своей проблемы — хотя бы потому, что нет никого более компетентного в его внутреннем мире, чем он сам. А соответственно, отчаявшийся в своем поиске клиент и терапевт, стремящийся дать клиенту готовые ответы — это две прямые противоположности эффективному клиент-терапевтическому взаимодействию в означенных ролях, т. к. в этом случае клиент пассивен, а терапевт своим чрезмерным желанием помочь может только увеличить эту пассивность.

Из всего вышесказанного следует два простых вывода:

  • Присматривайте за тем, чтобы ваше стремление помочь клиенту не мешало ему самому искать ответы на свои вопросы. В общем случае именно клиент должен быть активным исследователем самого себя.
  • Пока хорошо не поймете, что происходит «внутри клиента», не начинайте искать решения для его сложностей. Более простая рекомендация может звучать так: первые 30 минут времени сессии стремитесь только понять, что происходит «внутри клиента», и не пытайтесь думать о том, что вам делать в сессии и что ему делать с его проблемами.

В идеале, если терапевт качественно выполняет свою работу по пониманию клиента, то ответ на вопрос «что делать» появляется сам «где-то в пространстве между терапевтом и клиентом».

1.2. Что значит «понять клиента»?

Чтобы «понять клиента», терапевту недостаточно понять смысл реплик, которые клиент произносит. С одной стороны, это кажется очевидным, а с другой стороны, постоянно приходится сталкиваться с тем, что терапевты разного уровня подготовки ограничиваются пониманием именно сказанного смысла. Дело в том, что в терапии нас не столько интересует смысл реплик клиента, сколько тот эмоциональный опыт, который клиент этими репликами пытается передать. И терапевту полезно быть сконцентрированным именно на эмоциональном опыте, а не на словах, его описывающих. Кроме того, несмотря на то, что терапевт и клиент пользуются одними и теми же словами, можно сказать, что каждый человек говорит на своем «индивидуальном языке». У разных людей за одинаковыми словами стоят разные ситуации, контексты и переживания — и получается, что одинаковые слова могут означать очень разное у разных людей. Погружаясь в мир другого человека, терапевту важно понять, какой именно свой эмоциональный опыт клиент «кодирует» каждым своим словом. Чтобы не усложнять повествование, я пользуюсь словами «эмоциональный опыт», хотя на самом деле нас интересуют не только эмоции, но и другие психические процессы клиента.

Для того чтобы понять эмоциональный опыт клиента, терапевту следует отказаться от стремления понять клиента «через логику». Если терапевт будет задавать клиенту вопросы в духе: «Что значит это слово?» или «Почему ты про это говоришь?», то это только усложнит задачу понять клиента. Чтобы понять стоящий за словами эмоциональный опыт, нужны вопросы в духе: «В какие моменты и как это проявляется?» Такого рода вопросы могут позволить терапевту понять клиента в два этапа:

  1. Представить себя «на месте» клиента и обнаружить, какие собственные эмоции рождаются в этой точке.
  2. Через процесс сонастройки отобрать из собственных эмоций те, которые будут близки эмоциям клиента.

Эти два этапа, необходимые для понимания клиента, являются упрощенным и кратким описанием процесса понимания через идентификацию. Далее в тексте я опишу его более подробно.

Такого рода внутренняя работа является главным занятием любого феноменологически-ориентированного психотерапевта во время его разговора с клиентом. Эта внутренняя работа направлена на то, чтобы терапевт увидел мир клиента таким, каким его видит сам клиент. Интересно, что в психотерапевтической литературе в первую очередь принято описывать внешнюю сторону работы, а внутренняя зачастую остается за кадром. Например, наиболее распространенные описания «активного слушания» сосредоточены на внешней стороне дела. В то время как на самом деле они являются просто внешними проявлениями внутреннего процесса по пониманию клиента, и если терапевт делает эту внутреннюю работу, то все классические проявления «активного слушания» появляются сами.

Итак, основная внутренняя работа психотерапевта — это погружение в мир другого человека, стремление оказаться на его месте, «в его ситуациях», увидеть его сложности его глазами. Посмотреть на ситуацию глазами другого человека — это значит воспринять происходящее так же, как он, и испытать переживания такие же, какие испытывает он. Когда терапевту удается «оказаться на месте клиента», он начинает чувствовать в себе переживания, идентичные переживаниям клиента. Такие переживания психотерапевта я буду далее называть эмпатическими переживаниями. А деятельность, в результате которой терапевту удается «оказаться на месте клиента» и начать чувствовать в себе эмпатические переживания, я буду далее называть идентификацией с клиентом.

Но эта работа не может быть полноценной, если одновременно с ней психотерапевт не проверяет правильность своих эмпатических переживаний. Не делая этого, терапевт рискует погрузиться не в мир другого человека, а в свои фантазии о нем. Эту необходимую коммуникативную работу, параллельную идентификации, я буду называть созданием сонастройки терапевта и клиента. Далее ей будет посвящен отдельный параграф.

1.3. Идентификация с клиентом и два ее механизма

Следующие наши вопросы таковы: «Как представить себя на месте клиента?», «Как идентифицироваться с клиентом и с помощью идентификации понять его переживания?»

В своем описании я буду различать две группы способов идентификации с другим человеком:

  1. естественные, основанные на включении наших врожденных механизмов идентификации;
  2. сознательные, основанные на осознанном использовании специальных техник для идентификации.

Разница в их использовании заключается в том, что способы из первой группы достаточно только «включить в себе» по отношению к клиенту, и эмпатические переживания начнут появляться сами. А способы второй группы терапевту необходимо целенаправленно и постоянно реализовывать в виде внешних или внутренних действий.

1.4. Идентификация с опорой на естественные механизмы

У нас у всех есть врожденные способности, которые можно назвать естественными механизмами идентификации/эмпатии. Мы умеем непосредственно заражаться переживаниями другого человека и чувствовать его переживания, как будто «находясь на его месте». Вот факторы, способствующие включению таких естественных механизмов идентификации с другим человеком:

  • Внимательное и заинтересованное наблюдение за другим, без вступления во взаимодействие.
  • Внешнее уподобление: повторение позы, движений, мимики, интонаций речи.
  • Восприятие другого маленьким, беспомощным, нуждающимся в помощи.
  • Желание стать ближе, понравиться другому, получить поддержку.
  • Повышенное внимание или даже определенная фиксированность на другом человеке или отношениях с ним.
  • Незавершенное взаимодействие с этим человеком или страх нарушения отношений с ним.

В жизни эти механизмы работают, как непредсказуемые внутренние советчики: мы не очень управляем ими напрямую, и они включаются, когда захотят. В психотерапевтической же работе нам надо следить за тем, чтобы они были всегда включены, и включать их осознанно, если это не произошло само. А уже после этого учиться отличать это идентификационное ощущение от прочих внутренних ощущений и пользоваться этой информацией для работы, или не пользоваться, в зависимости от ситуации.

Осознанно включать механизм естественной идентификации легче всего благодаря маленькому трюку. Если некоторый человек вам близок, важен или вызывает восхищение, то, незаметно наблюдая за ним, мы можем поймать в себе, кроме всего прочего, чувство интереса к нему. А трюк заключается в том, что при осознанном включении интереса к другому человеку вместе с ним включаются и естественные механизмы идентификации по отношению к нему.

Я хочу предложить вам сделать упражнение, в котором психотерапевт будет подчеркнуто интересоваться клиентом. В этом упражнении терапевт сможет почувствовать в себе ощущение включенного механизма естественной эмпатии. А в практике я бы рекомендовал терапевтам следить за тем, включается ли у них этот механизм в начале сессии, и если нет, то включать его так же, как в этом упражнении.

Упражнение D1. %2 Погружение в мир другого через интерес

  • Клиент рассказывает про себя что-нибудь достаточно простое. Например, хорошо подходят темы про то, как он что-то выбирает: предметы одежды, вещи в магазине, цвета, место в комнате, столик в кафе и т. д.
  • Терапевт:
    • Становится внимательным, мягким и эмоционально отзывчивым в своих невербальных проявлениях.
    • Мало говорит — больше слушает. Дает клиенту говорить, рассказывать, думать, поддерживая диалог больше невербально, нежели словами.
    • Стремится увидеть мир другого «его глазами» и впечатлиться увиденным.
    • Вежливо и деликатно интересуется внутренним миром клиента, время от времени, в паузах, задавая ему вопросы:
      • 0: Почему тебе больше нравится это, а не это?
      • 0: Почему для тебя это важно?
      • 0: Что это значит для тебя?
      • 0: Расскажи еще что-то про это, может быть, про то, о чем ты сам продолжаешь думать.
      • 0: Про что тут в этой теме может быть еще интересно поговорить?
  • Завершение (выделите на эти вопросы 3 минуты в конце):
    • 0: Как тебе было, когда я стремился увидеть кусочек твоего мира как будто твоими глазами?
    • 0: В какой момент нашего диалога ты был наиболее воодушевлен желанием рассказать?
    • 0: Что для тебя было интересным в этом опыте?

1.5. Чрезмерная погруженность в идентификацию

(фрагмент в разработке)

1.6. Создание сонастройки

Понятно, что часть ощущений, которые приходят к нам при идентификации с другим человеком, могут быть точными, т. е. соответствующими тому, что действительно происходит с другим, а часть — нашими фантазиями, вытекающими, например, из собственного опыта. Как это ни парадоксально, не так важно, будет ли верной каждая наша попытка понять клиента через идентификацию. Но очень важно, чтобы мы принципиально стремились постоянно идентифицироваться с ним. Терапевт, который идентифицируется и проверяет у клиента свои ощущения, рано или поздно поймет его, а тот, который не идентифицируется, рискует вообще не понять.

Вторая важная работа, которую делает терапевт во время диалога с клиентом, кроме идентификации с ним, это организация постоянной проверки своих эмпатических переживаний в диалоге с клиентом. Последовательно это выглядит примерно так:

  • а) терапевт погружается в ситуацию клиента и находит предполагаемое эмпатическое переживание;
  • б) терапевт делится им с клиентом;
  • в) по реакции и ответу клиента терапевт получает обратную связь, правильно ли он понял переживание клиента в его ситуации;
  • д) терапевт корректирует свое видение, если оно нуждается в корректировке, или развивает и уточняет первоначальное, если оно оказалось верным.

В результате этого процесса между клиентом и терапевтом постепенно создается «поле взаимопонимания», «сонастройка», в котором и терапевт, и клиент переживают, что слышат и понимают друг друга одинаково. Такая «сонастройка» клиента и терапевта часто является необходимым условием для дальнейшей эффективной психотерапевтической работы.

Проверять свои эмпатические переживания на правильность психотерапевт может полностью вербально, периодически задавая такой вопрос:

  • 0: Мне кажется, если бы я оказался на твоем месте в этот момент, я бы переживал... [обозначение переживания]. Это похоже на твои переживания?

Или полувербально: во время рассказа клиента, когда терапевту кажется, что он опознал переживание клиента, он, не прерывая речь клиента, просто показывает переживание телесно (например, мимически и жестом) и спрашивает клиента одним из этих, например, способов:

  • 0: (Телесно показывая переживание.) Так?
  • 0: (Телесно показывая переживание страха.) Тревога?
    (Психотерапевт назвал переживание с вопросительной интонацией.)

Такой способ прост, быстр и органичен для большинства ситуаций. Его я вам и хочу предложить опробовать в упражнении.

Упражнение D2. %2 Создание сонастройки через невербальную проверку переживаний

  • Клиент рассказывает про некоторую ситуацию, которая с ним произошла и вызвала переживания.
  • Терапевт, в процессе:
    • Слушает и, если нужно, чуть-чуть помогает клиенту рассказывать, например, с помощью реплик:
      • 0: Расскажи, что и как там происходило?
      • 0: В какие моменты у тебя были наиболее сильные переживания?
  • Терапевт, основная задача:
    • Слушает клиента и присоединяется к его переживаниям. Как только у терапевта появилось ощущение, что он понял переживание клиента, — он сразу, незамедлительно, пока клиент не ушел далеко, и не прерывая рассказ клиента, показывает это переживание телесно и мимически и спрашивает:
      • 0: (Телесно показывая переживание.) Так?
      • 0: (Телесно показывая переживание страха/раздражения/смущения…) Тревога? / Раздражение? / Смущение? / (…)?
    • Клиент может согласиться с переживанием терапевта, просто пропустить или исправить его; любой из вариантов продвигает процесс «сонастройки» клиента и терапевта.
    • Хорошо, чтобы терапевт попробовал дать такие отклики клиенту не менее 5–7 раз за время упражнения.
  • Завершение (выделите на эти вопросы 1,5 минуты в конце)
    • 0: Как ты переживал мои попытки тебя почувствовать? Делали ли они что-то полезное для тебя?
    • 0: Изменились ли как-то твои переживания про эту ситуацию? Стала ли она более понятна для тебя?

1.7. Сознательная работа по идентификации с клиентом

Осознанной идентификацией я буду называть специальные действия психотерапевта, которые направлены на появление у него эмпатических переживаний. Существует некоторое количество таких действий, мы рассмотрим несколько наиболее простых и практичных:

  • Собственное проживание ситуаций клиента.
  • Примеривание на себя речи клиента.

1.7.1. Собственное проживание ситуаций клиента

Если совсем коротко, то эта техника осознанной эмпатии заключается в том, что психотерапевт, расспросив клиента подробно о некоторой ситуации, в которую тот попал, мысленно, но очень подробно представляет сам себя в такой ситуации. Таким образом психотерапевт в разы увеличивает вероятность того, что он правильно поймет переживания клиента в обсуждаемой ситуации.

Это очень эффективный и мощный способ работы, которым необходимо владеть всем терапевтам. Но в этом разделе я не буду останавливаться на нем, т. к. этому способу будет посвящена отдельная часть другой главы.

1.7.2. Прохождение всех ролевых позиций социальной ситуации

Если клиент рассказывает про ситуацию социального взаимодействия между людьми, то на первом этапе терапевту полезно выяснить у клиента ключевые реплики, которые звучали в этом взаимодействии. А на втором этапе, чтобы понять клиента и его ситуацию, терапевту необходимо поочередно идентифицироваться с каждым участником этого взаимодействия в каждый его момент.

Как это ни странно, при понимании социальных ситуаций полезно идентифицироваться не только с клиентом. Такая идентификация может дать, например, следующее:

  • У терапевта появляется более полная картина произошедшего, и благодаря ей станет, например, понятно, что текущая ситуация является просто следствием какой-то другой истории.
  • Благодаря такой работе терапевт может легко обнаружить деструктивность действий самого клиента. В 99% случаев сказать ему это не будет хорошей идеей, но запомнить и попробовать помочь клиенту действовать более конструктивно полезно и зачастую необходимо.
  • Интересно, что сами клиенты в социальных ситуациях идентифицируются со своими визави и действуют, исходя из этих ощущений. И когда терапевт идентифицируется в т. ч. и с визави, иногда ему становятся более понятны и переживания самого клиента.

1.7.3. Примеривание на себя речи клиента

Если клиент рассказывает о некоторой ситуации, то техника собственного проживания ситуаций, упомянутая выше, всегда будет наилучшим выбором терапевта. Но если в рассказе клиента никакой ситуативной конкретики нет, то может понадобиться вторая техника — примеривание на себя речи клиента.

Делается она очень просто. Психотерапевт слушает рассказ клиента и старается воспринять его не логически, а понять, из каких мотивов и каких переживаний клиента рождается именно такая речь. Для этого терапевт, выслушав реплику клиента, вслух или про себя повторяет ее всю или некоторую часть, пытаясь представить себя клиентом, произносящим эти слова. И одновременно с этим он размышляет о том, какие переживания могут побуждать клиента произносить такие слова таким образом. Эта работа приносит результаты не сразу, но через 3–5 минут психотерапевт начинает чувствовать клиента значительно лучше.

Эту технику осознанной внутренней эмпатической работы психотерапевта я и хочу предложить вам попробовать в упражнении.

Упражнение D3. %2 Примеривание на себя речи клиента и создание сонастройки

  • Клиент выбирает небольшую интересную для себя тему, о которой он хочет поговорить 5 минут.
  • Терапевт:
    • если надо, включает «режим обнаружения переживаний» и помогает клиенту выбрать тему;
    • слушает, помогает клиенту рассказывать и стремится разворачивать его переживания.
  • Терапевт, основная задача:
    • Терапевту важно не просто слушать клиента, но и про себя или даже частично вслух, как эхо, произносить его реплики с его интонацией. Делая это, терапевт пытается представить себя клиентом, говорящим этот текст, и пытается понять, какие переживания могут побуждать клиента произносить эти слова.
    • Время от времени, желательно не менее 5 раз за разговор, терапевт делится с клиентом результатами своей внутренней работы, например, вот так:
      • 0: Правильно я понимаю, что когда ты произносишь слова [цитата из речи клиента], ты переживаешь [предположение терапевта о переживании]?
      • 0: Правильно я понимаю, что когда ты произносишь слова [цитата из речи клиента], ты стремишься [предположение терапевта о мотиве говорить]?
  • Завершение (выделите на эти вопросы 1,5 минуты в конце):
    • 0: Как ты переживал мои попытки тебя почувствовать? Делали ли они что-то полезное для тебя?
    • 0: Что для тебя оказалось интересным в этом разговоре?

1.8. Включение открытости к идентификации

Любая работа по идентификации с клиентом требует от терапевта открытости к переживанию всех эмоций. Открытость к переживанию некоторой эмоции — это возможность ощутить ее в себе:

  • достаточно ясно для идентификации возникающих побуждений;
  • не слишком сильно, чтобы эта эмоция не захватывала терапевта целиком.

Но если у терапевта часть эмоционального спектра «закрыта» или «перегрета», то это будет естественным образом ограничивать его способность к пониманию клиента при столкновении с этими переживаниями.

Если у терапевта прикосновение к каким-то переживаниям клиента вызывает собственные идентичные сильные переживания, то скорее всего ему потребуется личная терапия после этой сессии с клиентом. А в процессе сессии с клиентом ему необходимо стараться «выносить свои переживания за скобки», хотя это и не очень просто. Личная терапия для терапевта будет нужна и в случае, если часть эмоционального спектра ему систематически не доступна. Причем такого рода сбой идентификации скорее всего не получится обнаружить самостоятельно без супервизии.

А вот если терапевт испытывает временные сложности в эмоциональной готовности переживать некую эмоцию, то в этом случае возможно техническое решение проблемы. Давайте приведу пару примеров таких сложностей терапевта:

  • Если фоновые переживания терапевта несколько агрессивны, то ему может быть сложно при идентификации почувствовать переживание смущения.
  • Если в фоновых переживаниях терапевта есть хорошо вытесненная тревога, то ему может быть сложно при идентификации почувствовать тревогу клиента.

Такого рода временные сложности легко преодолеть, сделав простое мысленное упражнение. Терапевту необходимо вспомнить любую собственную не травматическую ситуацию, в которой он переживал эту эмоцию, и ощутить ее. После этого можно воспоминание отпустить, а «эмоциональная открытость» к этому переживанию останется доступной для использования в процессе идентификации с клиентом.

2. Психодраматическое дублирование

2.1. Введение и терминология

Дублирование — это многофункциональная базовая техника психодрамы, которая используется для выполнения широкого круга терапевтических задач. Дать исчерпывающее определение дублирования сложно, т. к. этим словом называют очень большое количество разнообразных интервенций и действий директора. Но если все-таки постараться это сделать, то наиболее универсальным признаком дублирования окажется даже не идентификация, а специфика произнесения реплик-интервенций от первого лица. И тогда определение получится такое:

  • Дублирование — это психодраматическая техника интервенций, произносимых от первого лица, в большинстве своих вариантов опирающаяся на вчувствование в клиента, т. е. на идентификацию с ним.

В этом разделе я сначала сделаю общий обзор техники дублирования, а далее уже буду показывать разнообразные примеры ее прикладного использования.

Дублирование — особый вид терапевтических реплик, который может использовать директор или участники группы для помощи протагонисту. Дублирующий старается представить себя на месте протагониста и произносит некоторые слова от первого лица, как будто бы он — это сам протагонист. В большинстве случаев эти слова выражают переживания протагониста, которые дублирующий почувствовал за счет идентификации с ним.

Например, это может звучать так:

  • «Мне страшно» (дублирующий произносит вслух переживания, которые предположительно могут быть у протагониста, но которые тот, возможно, пока плохо распознает в себе).
  • «Я обижена на тебя» (дублирующий произносит вслух реплику, обращенную к визави, которая, как ему кажется, соответствует переживаниям протагониста).

Можно сказать, что дублировать протагониста — это значит предлагать ему различные варианты прямой речи, которые могли бы ему подойти. И в этом смысле дублирование произносится от первого лица, чтобы протагонисту было удобно примеривать эти слова к себе и решать, хочет он их «взять себе» или нет.

Естественно, чтобы это работало, нужно, чтобы клиент воспринял дублирование не как заявление дублирующего о самом себе, а как попытку помочь найти нужные слова. Для этого перед дублированием директор поясняет протагонисту, что и для чего он будет делать.

Процесс использования техники дублирования обозначается глаголом «дублировать» (например: «Директор стал дублировать протагониста»), а сама произнесенная реплика — существительным «дублирование» (например: «Директор произнес дублирование»). Того, кто дублирует (произносит реплику), мы будем называть «дублирующий», чаще всего это директор психодрамы. А того, кого мы дублируем, мы будем называть «дублируемый», во время психодраматической работы это всегда протагонист.

Кроме слова «дублирование» есть еще слово «дубль» (double), и у него несколько более сложная судьба.

  • В русскоязычном пространстве дублем называют участника группы, который играет роль самого протагониста. Такой дубль-акзилари играет роль протагониста в те моменты, когда протагонист играет другие роли или выходит в зеркало, чтобы посмотреть на ситуацию со стороны. Он может дублировать протагониста, когда протагонист находится в своей роли, но основная функция такого дубля-акзилари все-таки играть роль протагониста.
  • При этом за пределами русскоязычного пространства распространена традиция называть дублем особую функциональную роль, на которую выбран один из участников группы. Дублю в этом смысле необходимо быть всегда рядом с протагонистом вне зависимости от того, какую роль в этот момент протагонист играет. Такому дублю-сопровождающему нужно вчувствоваться и телесно присоединяться к протагонисту, поддерживать его своей включенностью и, естественно, дублировать. Дубль-сопровождающий обычно играет роль протагониста, только когда последнему нужно посмотреть на ситуацию со стороны, а при взаимодействии между ролями он непосредственно никого не играет, а идентифицируется с протагонистом в каждой роли. (В моменты, когда протагонисту нужно играть роль некоторого персонажа, роль самого протагониста играет любой акзилари, свободный в этот момент, — обычно тот, чью роль сейчас играет сам протагонист.)
  • А еще временами в иностранной литературе слово «дубль» используется для обозначения любого человека, который в этот момент дублирует. Имеется в виду, что дублирующий на время дублирования становится дублем, «двойником», [временной] «копией» протагониста.

Итак, «дубль» — это роль в психодраматической работе, а «дублирование» — вид терапевтических реплик, которые могут использовать и директор, и дубль, и другие акзилари, и участники группы. Но т. к. в этом тексте будут встречаться цитаты из иностранной литературы, то я для ясности буду после слова «дубль» писать в скобках уточнение его смысла там, где это важно. Я буду использовать слова «дубль (акзилари)» для обозначения актера, играющего протагониста, форму «дубль (сопровождающий)» для обозначения дубля, который всегда рядом, и форму «дубль (дублирующий)» для обозначения того, кто дублирует.

После этого описания может остаться неясным вопрос, а зачем нужен такой специфический вариант интервенций? Почему просто не спросить клиента о том, что с ним происходит? Или почему просто не обсудить с клиентом собственные гипотезы о нем? Это очень важный вопрос, и далее ему будет посвящен отдельный раздел.

2.2. Компоненты техники психодраматического дублирования

Собственно говоря, сама реплика дублирующего (которую и называют «дублирование») — это малая часть комплекса внутренних и коммуникативных действий, входящих в технику дублирования. Поэтому в описание дублирования как техники входит не только принцип произнесения от первого лица, но и множество других компонентов. Я разделю их на две группы: то, что нужно сделать до реплики дублирования, и то, что делается после.

До произнесения реплики дублирования:

  • Дублирующему необходимо идентифицироваться с клиентом и увидеть его ситуацию его глазами.
  • Если дублирует сам директор психодрамы, то ему следует продумать, какую терапевтическую задачу он планирует этим дублированием реализовать. Психодраматическая практика наработала большую коллекцию разнообразных терапевтических применений дублирования «на все случаи жизни».
  • Если директор привлекает для дублирования участников группы, то ему тоже полезно подумать о терапевтической задаче и, соответственно, о том, какую инструкцию ему следует дать группе.
  • Директору необходимо инструктировать клиента, чтобы тот понимал, что происходит и как ему обходиться с предстоящим дублированием.

После произнесения реплики дублирования:

  • Директору необходимо запросить у клиента обратную связь:
    • Чтобы он мог исправить или отвергнуть дублирование — это нужно для повышения «безопасности клиента от навязывания ему лишнего».
    • Чтобы дублирующий мог получить обратную связь и продвинуться в сонастройке с клиентом.

Как вы видите, психодраматическое дублирование — это далеко не только само произнесение реплики особым способом. Подробному описанию всего вышеперечисленного и будут посвящены дальнейшие разделы. Вы увидите, что психодраматическая техника дублирования в какой-то степени содержит в себе почти все описанное в разделе «Понимание клиента через идентификацию»: в ней будут и техники идентификации, и способ сонастраиваться с клиентом, и большая коллекция возможных терапевтических интервенций.

2.2.1. Классическая техника идентификации при дублировании

Классическая психодраматическая литература предлагает дублирующему опираться при идентификации на способы, которые я отношу к группе естественных. При этом у дублирующего нет причин отказываться и от техник сознательной идентификации.

Если описывать дублирование совсем просто, то в нем можно выделить два этапа, и оба они опираются на идентификацию:

  1. Дублирующий идентифицируется с человеком, которого собирается дублировать: вчувствуется в него, смотрит на его ситуацию его глазами, становится его двойником, дублем (копией).
  2. Не выходя из идентификации, дублирующий произносит что-то от первого лица как «копия дублируемого». (Из идентификации логично рождаются реплики от первого лица, а необходимость говорить от первого лица — усиливает идентификацию).

К слову, теперь должно быть понятно, почему дублирование называется дублированием: при идентификации дублирующий как бы становится «эмоциональной копией» клиента («double» — копия). А многочисленные слова: дублер, двойник, дубль (копия) — это просто различные варианты перевода.

Классические психодраматические инструкции для дублирующих практически зеркально повторяют и задействуют все факторы, способствующие включению естественных механизмов идентификации с другим человеком. Вот смотрите:

  • Дублирующему предлагается встать рядом сбоку и немного сзади от протагониста. Это расположение:
    • не дает дублирующему вступить в прямое взаимодействие с протагонистом;
    • за счет физической близости психологически сближает дублирующего и протагониста.
  • Дублирующему предлагается занять ту же позу и повторять движения протагониста.
  • Протагонист, заявляющий в группу свою тему, воспринимается как нуждающийся в помощи, и это способствует включению у участников группы идентификации с ним. А разворачивание его внутреннего мира на сцене помогает участникам группы вовлечься в заинтересованное наблюдение и тем самым тоже способствует идентификации.

Большинство авторов указывают, что для дублирования необходима эмпатическая связь с дублируемым. Грета Лейтц описывает это так: «Отрешившись от своих собственных потребностей, чувств и психологических представлений, дубль (дублирующий), словно доверяющая своему чутью мать, предается вчувствованию в протагониста и в его ситуацию».

У дубля (сопровождающего) в этом смысле есть особые возможности для вчувствования. Вначале дублю полезно стать как бы тенью протагониста и добиться ощущения психологического единства с ним. Для лучшего вчувствования и эмпатического присоединения к протагонисту дублю рекомендуется «телесно присоединяться» к нему: имитировать манеру его движений и жестикуляции, синхронно повторяя каждое его телесное действие и каждую позу. Внутренне копировать его манеру говорить с характерными для протагониста ключевыми словами. (Киппер Дж., Кроулин Р., Холмс П.)

Все эти действия направлены на включение естественных механизмов идентификации у дублирующего, и в результате у дублирующего должны начать появляться ощущения «как бы ему было на месте клиента». Если сформулировать от первого лица, то моя идентификация с клиентом может проявляться так:

  • Я могу начать чувствовать то, что, как мне кажется, чувствует клиент.
  • У меня могут появляться реплики, которые, как мне кажется, мог бы клиент захотеть сказать.
  • Я могу телесно ощутить то, что, как мне кажется, клиент ощущает.
  • Я могу захотеть телесно сделать что-то, как будто я — это он.
  • И т. д.

2.2.2. Расположение дублирующего на сцене

Классическое расположение дублирующего — около полуметра по диагонали назад от протагониста. Таким образом дублирующий оказывается сбоку и сзади от протагониста. У этой позиции есть несколько важных свойств как для присоединения, так и для дублирования:

  • Если это происходит на сцене, то дублирующий оказывается рядом с протагонистом непосредственно в его ситуации и смотрит на нее фактически глазами протагониста.
  • Дублирующему видны телесные проявления переживаний протагониста и профиль его лица. Причем именно профиль идеален для считывания переживания протагониста, т. к., например, вид на лицо в фас может вызывать у дублирующего контактное переживание к протагонисту, которое будет мешать идентификации.
  • В этой позиции дублирующий не становится действующим лицом на сцене вместо протагониста. А лишь поддерживает, помогает и «подносит патроны», что и является необходимым.
  • В этой позиции дублирующий не попадается на глаза протагонисту и тем самым не мешает психодраматическому действию.

2.2.3. Протокол взаимодействия директора и протагониста при дублировании

1. Директор спрашивает у протагониста разрешения его продублировать.

  • Если протагонист знаком с психодрамой:
    • 0: Можно я (мы) попробую тебя продублировать?
  • Если протагонист с психодрамой не знаком:
    • 0: Можно я (мы) попробую помочь тебе выразить словами твои переживания? В психодраме это называется «дублировать».

2. Директор дает протагонисту инструкцию.

  • 0: Я предложу тебе реплику, которая, может быть, поможет выразить словами твои переживания. Если мои слова подойдут тебе — повтори их, если нет — скажи по-своему.

3. Дублирующий (директор или участник группы) встает в позицию дублирующего и обозначает свое намерение общепринятым жестом «рука на плече».

4. Дублирующий берет себе 2–4 секунды на телесную и эмоциональную подстройку к протагонисту.

  • Т. к. в этот момент дублирующий уже не в воображении, а непосредственно телесно присоединяется к протагонисту, то проект его дублирования должен в этот момент стать уже немного другим.

5. Дублирующий произносит короткую и простую реплику от первого лица (произносит свое дублирование).

6. Дублирующий убирает руку с плеча и либо бесшумно отходит, либо замирает на 2–3 секунды.

  • Это время нужно протагонисту, чтобы пропустить реплику через себя. Телесный контакт (рука) и шум при перемещении директора/дублирующего может помешать этому.

7. Директор повторяет инструкцию и предлагает протагонисту ее выполнить.

  • 0: Если эти слова подходят — повтори их, если нет — скажи по-своему.

2.2.4. Принятие и непринятие предложенного дублирования

После того, как дублирующий произнес свою реплику, начинается важный процесс, который необходимо подробно разобрать. В начале протагонист пропускает дублирование через себя, примеривается к нему и оценивает свои ощущения — подходит оно ему или нет.

Любое предложенное дублирование, естественно, может не подойти. Более того, большая часть дублирований именно не подходит. Но тем не менее неподходящие варианты дублирования все равно продвигают психотерапевтическую работу.

Перед дублированием и непосредственно после него психодраматическая техника предписывает директору дать протагонисту такую инструкцию:

  • 0: Если эти слова подходят тебе — повтори их, если нет — скажи по-своему.

Если протагонисту не подходит предложенное директором или участником группы дублирование, то у него всегда есть возможность сказать вместо него любой свой вариант, который будет подходить.

  • Зачастую даже неверные попытки дублирования существенно помогают протагонисту найти собственные слова. На уровне рационального объяснения можно сказать, что когда протагонист отвергает некоторый вариант, это помогает ему искать подходящий по принципу «от противного». Но я думаю, самое интересное происходит на эмоциональном уровне. Даже неверное дублирование активирует эмоции протагониста к тому объекту, с которым он взаимодействует. А когда протагонист примеряет неверное дублирование к себе, это запускает внутренний поиск подходящего варианта.
  • Даже если само дублирование не подходит протагонисту, оно задает некий шаблон для поиска протагонистом собственного варианта. И в предложении этого шаблона может и заключаться основная интервенция директора. Например:
    • В ситуации психодраматической сцены, когда директор хочет стимулировать взаимодействие между ролями, он может начать предлагать протагонисту варианты его потенциальных реплик другим ролям.
    • А, например, в ситуации конфликта между участниками группы, если директор считает полезным уменьшить степень межличностного взаимодействия, как вариант, он может попробовать предлагать в дублировании участникам как раз не реплики, а только варианты внутренних переживаний.

Грета Лейтц указывает, что дублирование [в т. ч. не подходящее] может служить толчком к появлению у протагониста свободных ассоциаций, и в результате застопорившаяся ситуация может быть сдвинута с мертвой точки. Эта техническая возможность часто используется при работе с сопротивлением.

Особым, хотя и редким, случаем в работе является ситуация, когда протагонист, наоборот, принимает все варианты дублирования, которые ему предлагают. Такое может быть, если протагонист теряет внутреннюю самостоятельность и чрезмерно отдает управление терапевтическим процессом директору или группе. Директору необходимо присматривать за этим и избегать такой ситуации, т. к. в ней нарушается принцип сотворчества: протагонист перестает управлять ходом работы, и от этого многократно возрастает риск нанести ему вред. Если у директора возникает подозрение, что протагонист принимает дублирование без хорошего соотнесения с собой, то ему необходимо принять срочные меры или отказаться от использования этой техники.

2.2.5. Подходит — произнеси сам!

Зачастую протагонисты соглашаются с дублированием, проявляя это ответом «Да» или кивком головы. Но в классической инструкции протагонисту, которая произносится до и после дублирования, есть важный императив: «Если эти слова подходят тебе — повтори их». И психодраматическая практика вновь и вновь подтверждает мудрость и необходимость соблюдения этой классической инструкции.

Даже когда протагонист соглашается с дублированием, есть несколько причин, объясняющих, почему полезно настойчиво попросить его произнести реплику самому:

  • Произнести — это проверить точность. То, что кажется подходящим на слух, не обязательно подойдет как собственные слова. Нельзя быть уверенным, что слова верно описывают ощущения, пока не попробуешь их произнести. Нельзя быть уверенным, что реплика подходит, пока не попробуешь произнести ее в лицо визави. Когда протагонист произносит реплику сам, она почти всегда отличается от того варианта, который предложил дублирующий. А если и совпадает по словам, то окажется другой по интонации и переживаниям. Интересно, что это происходит неожиданно для самого протагониста — пока он не попробует произнести реплику сам, он не почувствует, что она окажется другой.
  • Произнести — это совершить психическое действие. Реплики протагониста — это не только констатация каких-то его внутренних процессов. Произнесение многих реплик является неким эмоциональным актом по отношению к какой-то роли, директору, группе или «перед самим собой». Например, бывает так, что произнести нечто — это значит рискнуть столкнуться с сильными переживаниями. В этом смысле дублирующий предлагает протагонисту примериться к совершению такого эмоционального акта. И пока протагонист не произнесет реплику сам, он не проживет заложенное в нее психическое действие в полной мере.
  • Произнести — это примериться к последствиям. Очень интересная деталь заключается в том, что при произнесении реплики, обращенной к некоему человеку, часть психики протагониста «немного забегает вперед» и прикидывает примерное будущее воздействие этой реплики на визави. И если протагонист не произнесет свою реплику сам, то есть шанс, что во время погружения в роль визави он несвоевременно поймет, что реплика была не та.
  • Произнести — это дать обратную связь дублирующему. Как было сказано выше, даже если текст дублирования подойдет клиенту, то с очень большой вероятностью при его произнесении клиентом оно будет все равно интонационно звучать иначе. Услышать дублирование в собственном произнесении протагониста чрезвычайно важно для дублирующего, т. к. дает ему понять, правильно ли он чувствует дублируемого, и помогает ему с ним сонастроиться. У Пола Холмса про это написано так: когда протагонист корректирует слова, сказанные дублем (дублирующим), последний получает обратную связь, которая может позволить ему лучше понять протагониста и скорректировать свое дублирование.
  • Произнести — это задать роль акзилари. Кроме всего вышесказанного, когда протагонист произносит слова сам, то это является указанием для акзилари, какую реплику и с какой интонацией надо будет произнести, играя эту роль. Я считаю хорошим правилом для акзилари произносить строго только то, что произнес протагонист, если директор, на свой страх и риск, явно не указывает произнести иначе. Такое правило является хорошим протоколом взаимодействия протагониста, акзилари и директора, т. к. оно дает протагонисту возможность легко удерживать управление ходом работы в своих руках: получается, что он как будто ставит свой «штамп ОТК» на каждую реплику, идущую в работу.

2.3. Зачем говорить от первого лица?

Спецификой техники дублирования является наличие в ней указания воздействовать на протагониста только через реплики, произносимые от первого лица. Но почему просто прямо не произнести клиенту то, что терапевт хочет сказать? Попробую подробно ответить. Обычную форму обращения, от «Я» к «Ты», далее я буду называть «прямым обращением», и я буду противопоставлять ее дублированию.

Давайте обсудим, что происходит, когда мы говорим человеку некоторую реплику напрямую, в обычном режиме, без дублирования. Например, мы задаем ему вопрос: «Что ты чувствуешь?» или спрашиваем его: «Не появляется ли у тебя тревоги в этот момент?» При прямом вопросе, от терапевта к клиенту, в психике обоих запускается много разных процессов:

  • Психика терапевта входит в режим эмоционального взаимодействия с клиентом, и в этом взаимодействии у терапевта неминуемо проявляются контактные переживания к клиенту, в которых в первую очередь и проявляется перенос и контрперенос.
  • Психика клиента может эмоционально отреагировать на передаваемое одновременно с вопросом эмоциональное отношение терапевта, которое может воздействовать на него сильнее, чем вопрос. Например, одновременно с вопросом клиент может воспринять заботу, раздражение или требование ответа — и иногда клиент воспримет реальное отношение, а иногда припишет что-то, исходя из своего опыта.
  • Заданный вопрос требует более сложной работы для психики клиента. Кроме самого поиска ответа, он требует от клиента создания подходящей по форме формулировки. В то время как дублирование терапевта такого ответа не требует и тем самым меньше прерывает собственные внутренние процессы клиента.
  • Прямое взаимодействие с терапевтом имеет свойство отвлекать внимание от психодраматического взаимодействия с визави. Если клиент находился, например, в психодраматическом диалоге, то прямое взаимодействие с ним перемещает его внимание на терапевта и, соответственно, выключает его из психодраматического диалога.

А теперь сравните с тем, что происходит с клиентом при дублировании, если он, конечно, уже понимает эту форму интервенции:

  • Клиент слушает и, «пропуская через себя» слова дублирующего, пробует их применить к себе. И через пару секунд внутри себя ощущает, подходят они ему или нет.

Собственно, вот такая удивительная простота внутреннего процесса, из которого в некоторой степени исключается прямое эмоциональное взаимодействие с терапевтом и сложность обработки вопросительной коммуникации, и рождает основные достоинства дублирования.

Таким образом, практическими достоинствами дублирования являются:

  • Выигрыш в скорости, комфорте для клиента и эффективности терапевтической работы за счет простоты восприятия дублирования психикой клиента.
  • Эта форма уменьшает количество прямого эмоционального взаимодействия между терапевтом и клиентом и тем самым отчасти разгружает от него психику обоих. А дублирующий не воспринимается дублируемым в полной мере как отдельный человек.
  • Дублирование требует от терапевта более полной идентификации с клиентом и за счет этого всегда способствует его большему эмоциональному присоединению и, как следствие, лучшему пониманию клиента.
  • Дублирование не переключает протагониста в межличностное взаимодействие с дублирующим и, благодаря этому, не выдергивает его из сценического действия. Поэтому в психодраме можно попросить всю группу начать дублировать протагониста без угрозы разрушения драматизации.
  • Очень важно, что неверное дублирование протагонисту психологически очень просто «откинуть», пропустить или проигнорировать. Значительно проще, чем реплику терапевта или участника группы, сказанную «в лицо». Большинством протагонистов предложенное дублирование воспринимается как вариант, подкинутый для размышления, а не как навязывание, и поэтому не вызывает раздражения.

2.4. Дублирование и представления Морено о раннем развитии ребенка

Я. Л. Морено соотносит технику дублирования со своим представлением о закономерностях раннего развития ребенка. Он считал, что в самом раннем возрасте, в рамках «первого переживания мира» (или так называемой «первой вселенной»), у ребенка еще нет дифференциации между «Я» и «Ты». Ребенок не воспринимает мать в качестве «Ты» и, соответственно, ее заботу о себе в качестве ее действий. Морено считал, что [в этом периоде] для ребенка мать — часть или продолжение его самого. Она угадывает потребности и исполняет действия за ребенка, которые он сам совершить еще не может. В результате ребенок как бы управляет миром по своему желанию. (Moreno J. L., Карвасарский Б. Д.)

Грета Лейтц пишет, что человек, дублирующий протагониста, воспринимается им так же, как и мать новорожденным. Любое замечание дублирующего, соответствующее миру протагониста, которое дубль (дублирующий) способен выразить лучше него, воспринимается протагонистом как его собственный внутренний голос, как продолжение самого себя. Поэтому протагонист не оказывает сопротивления верным высказываниям дубля (дублирующего), а принимает и развивает их в собственном диалоге. Ошибочные замечания воспринимаются как «чужеродное тело» в собственном мире переживаний и «рефлекторно» устраняются. В качестве примера того, как воспринимается дублирующий протагонистом, Грета Лейтц описывает сновидение одного участника психодрамы, которому снилось, что он, произнося монолог, шел с психодраматическим дублем по улице родной деревни, но не мог этот монолог продолжить, заметив стоящих вдоль дороги жителей этой деревни.

Таким образом, по представлениям Морено, когда мать угадывает и понимает чувства и потребности ребенка, еще не умеющего говорить, и начинает называть их словами родной речи, говоря психодраматическим языком, она его дублирует.

Описывая технологию психодраматического дублирования, Грета Лейтц пишет так: «В кооперации с ребенком мать будет вести себя тем искуснее, чем легче ей отрешиться от собственных чувств, убеждений и потребностей, и чем выше ее умение непредвзято вчувствоваться в ребенка и его состояние. Аналогичным образом объясняется искусство психодраматического дублирования, которое тоже основывается на непредубежденности и вчувствовании».

2.5. Основные функции дублирования

2.5.1. Дублирование для поддержки протагониста

Психодраматическую технику дублирования можно эффективно использовать для поддержки протагониста. Ощущение поддержки появляется у протагониста по нескольким причинам:

  • Дублирующий телесно присоединяется к протагонисту и стремится вчувствоваться в него — ощущение такого стремления само по себе поддерживает протагониста.
  • Дублирующий физически находится рядом с протагонистом, и это может дать протагонисту ощущение, что в некоторой ситуации он не один.
  • Дублирующий помогает протагонисту выразить его состояние и переживания словами, и таким образом его побуждения становятся разделенными и немного более социально-легализованными.

Например, в сложных ситуациях, когда важно, чтобы протагонист не чувствовал себя изолированным или отвергаемым другими, можно приостановить психодраматическое действие в некоторой эмоциональной точке и попросить участников группы подублировать переживания протагониста, по очереди становясь рядом с ним, — эффективность такого приема очень велика. Ну а проще всего поддержать протагониста можно, предложив ему выбрать себе сопровождающего дубля, чтобы он все время находился рядом с ним, особенно в сложных сценах.

В главе, написанной И. Грабской о психодраме, это сформулировано так: переживания протагониста при дублировании бессознательно ассоциируются с его ранним опытом, когда близкие помогали ребенку понять и удовлетворить его потребности, что тоже имеет поддерживающий эффект. (И. Грабская, Психотерапия: учебник для ВУЗов под ред. Бурлачука Л.)

2.5.2. Дублирование для выражения невыраженного

Развитие эмпатической связи с протагонистом, как пишет в своих работах Пол Холмс, позволяет дублирующему выражать те мысли и чувства, которые протагонист в себе подавляет. А в определении из психотерапевтической энциклопедии под ред. Б. Карвасарского есть дополнение, что дублирующий может произнести то, что сам протагонист в данной ситуации высказать не может или не осмеливается.

Эллионор Барц пишет, что с помощью дублирования можно помогать протагонисту осознавать то, что не до конца им осознано, то, что протагонист не замечает, не воспринимает или то, с чем он находится в бессознательном конфликте. Мне кажется, здесь будет уместным сопоставить такое воздействие дублирования с описанным в психоанализе переходом некоего психического содержания в сознание из предсознания.

Особый случай выражения невыраженного приводит Питер Келлерман в своей книге. Дублирующий может попытаться выразить в дублировании скрытое содержание некой реплики протагониста. Келлерман указывает, что такое использование дублирования является наиболее эффективным инструментом понимания сопротивления протагониста во взаимодействии с директором или группой.

Используя дублирование для помощи протагонисту в выражении невыраженного, иногда можно увидеть интересный рисунок работы. Случается такое, что директор предлагает некоторое дублирование, но протагонист отвергает его. А спустя какое-то время сам протагонист вдруг спонтанно произносит фразу, идентичную ранее отвергнутому дублированию директора. Я не думаю, что это является следствием того, что дублирование директора где-то «отложилось» у протагониста, хотя это требует отдельного исследования. Но это точно показывает, что дублирование может быть верным, но преждевременным. Похожие эффекты также упоминаются Полом Холмсом в его книге.

2.5.3. Дублирование для погружения в переживания и помощи в их проживании

Эффективность терапевтического процесса часто напрямую зависит от того, насколько протагонист погружается в свои переживания. Особенно это важно, если речь идет о подавляемых или избегаемых переживаниях. Бендер В. и Гнайст И. указывают, что хорошее дублирование позволяет протагонисту глубже погрузиться в переживания и этим существенно помогает процессу терапии.

Специальные варианты использования дублирования для этой цели таковы:

  • Эллионор Барц описывает следующий вариант. Директор может попросить членов группы начать дублировать протагониста в некоторый момент сессии, где у него нет соприкосновения с собственными переживаниями, и таким образом «растревожить» в нем очень многое.
  • Вариантом такого использования дублирования является и прием группового хора, когда несколько человек стоят за спиной протагониста и, выражая хором эмоцию протагониста, помогают ему ее пробудить и прожить.
  • Компактным вариантом последней техники будет прием, когда директор просит всю группу в нужный момент звуками или особыми репликами поддержать некоторое переживание протагониста. Например, если в детской сцене протагонист зовет свою маму, директор может быстро попросить всю группу поддержать его «групповым эхом»: «Мама, где ты?.. Где ты?.. Где ты?..» — это усиливает его стремление к маме, а вместе с этим и его переживания.

2.5.4. Дублирование для побуждения к действию или коммуникации

Эта возможность дублирования является очень полезной в практике и при этом недостаточно описанной в доступной мне психодраматической литературе.

В этом случае дублирующий предлагает протагонисту реплику (или действие) к другой роли, выражающую переживания протагониста. Такое дублирование полезно, например, когда эмоции уже активны, и необходимо их реализовать и прожить в психодраматическом действии, а не оставлять в виде переживаний «внутри себя».

Чтобы ярче увидеть специфику такого использования дублирования, сравните его со случаем, когда дублирующий пробует почувствовать и только назвать переживания или состояние протагониста. Последнее эффективно, например, когда переживания протагониста еще недостаточно активированы и опознаны им самим.

Использование дублирования для побуждения к действию или к коммуникации бесценно для психодрамы! Оно позволяет переходить от переживаний к действиям, а именно этот переход зачастую и обладает терапевтическим эффектом.

2.5.5. Дублирование для обогащения протагониста опытом других людей (в т. ч. коммуникативным)

Особая возможность дублирования — это обогащение протагониста коммуникативными и психотехническими идеями, которыми он не обладает или которые он не пробовал применять в исследуемом контексте.

Например, в ситуации, когда протагонист не может сам подобрать подходящие слова для коммуникации, мы с помощью дублирования можем помочь ему в этом, предложив изрядное количество вариантов.

А например, в ситуации, когда протагонисту необходимо научиться как-то внутренне обходиться со своими переживаниями, не проявляя их, участники группы могут предложить ему способы, имеющиеся у них в арсенале. Например:

  • 51: В такие моменты я проговариваю про себя то, что хочу сказать ему на самом деле.
  • 51: В такие моменты я представляю, как его поведение будет выглядеть в видеозаписи.
  • 51: В такой ситуации я думаю о том, что его ранило и какая боль заставляет так делать.

2.6. Основные виды дублирования

Эти виды дублирования могут использоваться как директором, так и любым участником группы.

2.6.1. Дублирование контактными репликами

Именно этот вид дублирования я хочу описать первым как наиболее важный. Контактная реплика — это реплика, направленная от протагониста к другому человеку, эмоционально на него воздействующая и выражающая контактное переживание. Две самые распространенные формы контактных реплик — это описание контактного переживания и непосредственное проявление контактного переживания. Например:

  • 01: Я чувствую себя виноватым перед тобой (описание контактного переживания).
  • 01: Прости, пожалуйста, меня! (Проявление контактного переживания.)

Дублирование контактными репликами в первую очередь эффективно для побуждения протагониста к психодраматическому взаимодействию с визави, но оно также эффективно и для погружения в переживания, и для выражения невыраженного.

Важно обращать внимание на то, чтобы дублирование контактной репликой произносилось непременно с эмоциональным посылом к другому, в противном случае она не будет активировать и стимулировать взаимодействие между ролями.

2.6.2. Дублирование переживаниями

Это наиболее часто описываемый вид дублирования. В нем дублирующий после установления эмпатической связи пробует назвать словами переживания дублируемого. Например:

  • 01: Мне страшно.
  • 01: Я начинаю закипать.

Дублирование переживаниями в первую очередь эффективно для выражения невыраженного и для погружения в переживания.

Дублирование переживаниями отличается от дублирования контактными репликами тем, что в дублировании контактными репликами есть эмоциональное воздействие на психодраматического визави. При этом если любой текст дублирования переживаниями произнести с эмоциональным посылом к визави, то это дублирование станет дублированием контактной репликой.

2.6.3. Дублирование с опорой на телесные проявления

Многие переживания и побуждения протагониста имеют свои телесные проявления. Заметив такое телесное проявление, дублирующий может попробовать усилить переживания протагониста, упомянув телесное проявление в дублировании или непосредственно показывая протагонисту телесное выражение его переживания.

  • 01: Мне сложно поднять глаза и посмотреть на него.
  • 01: Я хочу сделать шаг назад.
  • 01: Я закрываю рот рукой.
  • 01: Я готов к драке! (Демонстрируя разминку перед боем.)

Этот вид дублирования подходит в ситуациях, когда телесное проявление у протагониста уже есть, но сам протагонист не понимает, что происходит с ним. Оно может использоваться для усиления имеющихся переживаний, а также для помощи протагонисту в их осознании.

При использовании этого вида дублирования важно, чтобы упоминание телесного проявления не вызывало смущения протагониста «как будто его поймали на чем-то». Такого рода дублирование будет успешным, если оно сможет усилить телесно выражаемое чувство протагониста. Если дублирующий является директором психодрамы, то описанного риска легко избежать, воспользовавшись другой формой дублирования, описанной ниже, — вопросом самому себе, например так:

  • 01: Почему я хочу сделать шаг назад?

2.6.4. Дублирование предложениями коммуникативных вариантов

Иногда бывает ситуация, когда протагонисту нужна помощь группы в том, как сказать или объяснить что-то некоему человеку. В этом случае дублирующие могут начать предлагать протагонисту свои варианты, например:

  • 51: Меня очень обидела та ситуация, и мне нужно поговорить с тобой, чтобы восстановить отношения.

2.6.5. Дублирование произнесением подтекста

В диалогах, происходящих между людьми, часто есть разнообразные более или менее скрытые подтексты. Такой подтекст может быть важно произнести вслух, и в этом может помочь дублирование. Например, когда протагонист находится в роли некоторого человека и произносит реплику:

  • 1а: С тобой бесполезно договариваться даже о выносе мусора!

Дублирующие могут попробовать выразить подтексты этого сообщения:

  • 01: Я рад, что ты не вынес мусор — теперь я могу упрекнуть тебя в этом.
  • 01: Я хочу, чтобы ты почувствовал себя виноватым и признал мою правоту.

2.7. Директорские интервенции через дублирование

Эти варианты дублирования могут использоваться только директором психодрамы, но не участниками группы. Это связано с тем, что они, по сути, являются вопросами протагонисту или инструкциями, меняющими ход психодраматической работы, а это уже относится к компетенции терапевта.

2.7.1. Дублирование для запуска коммуникации

Если протагонисту сложно начать что-либо говорить в психодраматическом диалоге с некоторым визави, то иногда можно помочь ему с помощью дублирования вот такой легкой контактной репликой:

  • 01: Мне сложно подобрать правильные слова для начала разговора с тобой.
  • 01: Я никогда не скажу тебе этого в реальности, но...

2.7.2. Дублирование для погружения в ситуацию

Когда директору необходимо помочь протагонисту сильнее погрузиться в психодраматическую сцену, он может применить такой вид дублирования:

  • 01: Я стою перед дверью, за которой меня ждет сложный разговор.
  • 01: (Когда разошлись все гости после праздника.) И вот я остался один.

Для реализации такой задачи директору необходимо в своем дублировании просто перечислить самоочевидные свойства происходящей ситуации, а произнесение их от первого лица дает хороший погружающий эффект.

2.7.3. Дублирование незаконченными предложениями

Особым видом терапевтических интервенций является дублирование незаконченными предложениями, когда терапевт говорит начало некоторой фразы и предлагает протагонисту ее закончить. Например:

  • 01: Мне это важно, потому что...
  • 01: Я не хочу говорить тебе это, потому что...

Эта форма дублирования описана подробнее в книге Греты Лейтц. Гриншпун И., Морозова Е. также пишут, что в дублировании можно не озвучивать полностью предполагаемые мысли и чувства протагониста, а лишь давать начало такому озвучиванию, которое продолжит дальше сам протагонист.

2.7.4. Дублирование вопросами самому себе

В некоторых ситуациях можно запустить процесс самоисследования протагониста, продублировав его «вопросом к самому себе». Таким вопросом, например, можно обратить внимание протагониста на некоторую интересную деталь его поведения:

  • 01: Почему я не решаюсь войти?
  • 01: Почему мне хочется уйти отсюда?

В этой форме можно деликатно обращать внимание протагониста на кажущиеся важными телесные проявления. Примеры этой формы дублирования приведены в книге Эллионор Барц.

2.7.5. Дублирование присоединением к «сопротивлению»

В данном случае психодраматисты называют «сопротивлением» некоторый психический процесс протагониста, препятствующий разворачиванию полезного с точки зрения директора психодраматического действия (что, конечно, является очень упрощенным использованием этого термина).

Когда директор «присоединяется к сопротивлению», он как будто пытается усилить это «сопротивление», но тем самым часто помогает протагонисту преодолеть его.

Вот примеры «присоединения к сопротивлению» разных типов:

Утрированное согласие с сомнительным тезисом.

  • 1: У меня нет страха делать этот доклад!
  • 01: Когда внимание всей аудитории направлено на меня, я не чувствую никакого волнения!

Давление предложением отказаться от желаемого.

  • Протагонист молчит в значимом диалоге.
  • 01: Сила, которая удерживает меня начать говорить, похоже, непреодолима.

Также примеры этой формы дублирования приведены в книге Греты Лейтц.

2.8. Дублирование как отдельное сценическое действие

2.8.1. Групповое дублирование

Во время психодраматической работы директор может в качестве отдельного сценического действия предложить всем желающим участникам группы по очереди выйти на сцену и продублировать протагониста. Такое действие называется групповым дублированием.

Групповое дублирование является мощной и эффективной техникой, с помощью которой можно решать множество задач. Вот наиболее важные случаи, когда групповое дублирование может помочь:

  • когда протагонист попадает в психодраматической работе в сложную для него ситуацию и нуждается в поддержке и разделенности его переживаний;
  • когда протагонист хочет найти слова в сложной коммуникативной ситуации;
  • когда группа недостаточно вовлечена в работу или недостаточно эмоционально присоединена к протагонисту.

Предложить групповое дублирование протагонисту можно с помощью реплики:

  • 0: Можно я попрошу участников группы попробовать поискать слова, которые, может быть, помогут тебе выразить твое состояние?
  • 0: (Если протагонист согласился.) Просто послушай разные варианты, которые накидают участники группы. Может быть, какой-нибудь из них тебе подойдет? А если нет, то и нет.
  • 0: (После всех дублирований.) Ну что, какой-то вариант кажется тебе подходящим? Если да — повтори его, если нет — скажи по-своему.

По моему мнению, в групповом дублировании уместнее давать инструкцию «Если подходит — повтори, если нет — скажи по-своему» один раз в конце, после всех дублирований.

2.8.2. Психодраматический хор

Другим особым сценическим действием, созданным на основе дублирования, является психодраматический хор. Название этого действия восходит к хору в греческом театре.

Психодраматический хор создается так: директор просит нескольких человек встать в линию за спиной протагониста и начать синхронно произносить простую эмоциональную реплику, например, хором отвечать обидчику или звать на помощь. С помощью этой техники можно помочь протагонисту значительно сильнее прочувствовать и прожить свои переживания там, где это необходимо. Например, если переживания сильно подавлены, или их «сила» столь велика, что самостоятельное проживание чрезмерно для протагониста. В некоторых случаях психодраматический хор можно сделать не выводя участников за спину протагониста, а просто попросив всю группу начать озвучивать нужное усиливающее проживание дублирование.

3. Приложения

3.1. Обрывки декораций

3.1.1. Почему жест дублирования — «рука на плече»?

Во-первых, телесное прикосновение привлекает внимание протагониста к восприятию слов дублирующего. Во-вторых, если протагонист нуждается в поддержке, то телесное прикосновение может дать ощущение непосредственной поддержки от дублирующего. Это особенно хорошо работает при групповом дублировании. А в-третьих, телесное прикосновение помогает дублирующему еще лучше идентифицироваться с протагонистом, стать еще более включенным в него.

3.1.2. Дублирование и идентификация

Помните ли вы наше определение дублирования? Напомню: дублирование — это психодраматическая техника произнесения реплик от первого лица, в большинстве своих вариантов опирающаяся на вчувствование в клиента, т. е. на идентификацию с ним. Так вот сейчас, после подробного описания как идентификации, так и дублирования, можно обсудить эстетский вопрос: когда техника дублирования опирается на идентификацию с клиентом, а когда использует только технику интервенций, произносимых от первого лица.

Если смотреть по функциям дублирования, то вот эти невозможны без идентификации:

А вот такое дублирование возможно и без идентификации:

Если смотреть на виды дублирования и директорские интервенции, то вот эти будут опираться идентификацию:

А вот такие виды дублирования возможны и без идентификации:

3.2. Некоторые другие цитаты про дублирование

По мнению Греты Лейтц, в раннем детстве у каждого человека происходит расщепление собственного мира на реальность и на фантазию. Взрослея, человек вытесняет или подавляет часть своих переживаний и представлений о мире. Вчувствующийся дубль высказывает переживания и представления, восстанавливая у протагониста в процессе дублирования — по крайней мере,по отношению к себе самому — целостность его первой вселенной. (Лейтц Г.)

Говоря другими словами, в определенные моменты драматического процесса с помощью дублирования можно привнести в психодраматическое действие именно то, чего, по мнению дублирующего, в нем не хватает. В книге Эллионор Барц приводятся примеры привнесения эмоций: «Когда ты говоришь, то совсем на меня не смотришь. Ты меня совсем не любишь!», «От твоего холодного взгляда мне становится не по себе. Мне кажется, что ты меня ненавидишь». И пример привнесения нового отношения к проблеме, возникшего у дубля (сопровождающего) в результате идентификации: «Теперь ты не можешь бросить меня на произвол судьбы; ты должен остаться, потому что именно сейчас ты мне очень нужен...» (Барц Э.)

Дублировать протагониста могут не только дубль и директор. Остальные члены группы также имеют возможность принимать участие в действии, и прежде всего в дублировании. Сначала у них на глазах шаг за шагом строилось психодраматическое действие, и теперь у них же появляется возможность спонтанно включиться в игру: каждый член группы может продублировать протагониста, идентифицируя себя с ним или любым другим исполнителем роли. (Барц Э.) В роли дубля ведущий психодрамы, его ассистент, а иногда также зрители (члены группы), не мешая действию, могут спонтанно выйти на сцену и также незаметно вернуться обратно. (Лейтц Г.)

Директор может помочь дублю (сопровождающему) погрузиться в роль протагониста, направив его внимание на телесные феномены протагониста, чтобы дублю было легче вчувствоваться в его психологическое состояние. (Киппер Дж., Кроулин Р.)

В общем случае, если протагонисту сложно повторить или сказать какие-то слова из дублирования, то это чаще всего говорит либо о несоответствии этих слов внутреннему миру протагониста, либо о том, что на данный момент по той или иной причине для протагониста эти слова слишком «эмоционально заряжены». (Корниенко П.)

Через телесное восприятие и имитацию дубль (сопровождающий) получает необходимые «ключи» к бессознательному протагониста. (Холмс П.)

3.3. Заключение

Благодарю за помощь моих первых читателей Наталью Фролову, Таину Безрукову и Маргариту Смирнову, которые задавали вопросы, находили несостыковки, подкидывали идеи и помогали редактировать текст. Буду рад откликам и вопросам от заинтересованных коллег и новых читателей.

3.4. Литература

  1. Барц Э. Игра в глубокое: Введение в юнгианскую психодраму / Э. Барц — М.: Независимая фирма «Класс», 1997.
  2. Бендер В. Психодрама в примерах / В. Бендер, И. Гнайст // Практическая психодиагностика и психологическое консультирование — Ростов-на-Дону, 1998.
  3. Бурлачук Л. Ф. Психотерапия: учебник для ВУЗов / Л. Ф. Бурлачук, А. С. Кочарян, М. Е. Жидко — Спб.: Питер, 2009.
  4. Гриншпун И. Б. Психодрама / И. Б. Гриншпун, Е. А. Морозова // Основные направления современной психотерапии — М.: Когито-Центр, 2000 — с. 301-342.
  5. Келлерман Ф. Психодрама крупным планом: Анализ терапевтических механизмов. / Ф. Келлерман; пер. с англ. И. А. Лаврентьевой. — М.: Независимая фирма «Класс», 1998. — 240 с.
  6. Киппер Д. Клинические ролевые игры и психодрама / Д. Киппер — М.: Независимая фирма «Класс», 1993.
  7. Корниенко П. А. Дублирование в психодраме / П. Корниенко // Методологические основания психодрамы. Выпуск №2 — М.: МИГиП, 2014.
  8. Корниенко П. А. Психодраматическая встреча и другие виды диалогов / П. Корниенко // Материалы 14-й Московской психодраматической конференции, 2016.
  9. Лейтц Г. Психодрама: Теория и практика / Г. Лейтц; пер. с нем. А. М. Боковиков — М.: Издательская группа «Прогресс», «Универс», 1994. — 352 с.: ил.
  10. Лейтц Г. Что такое психодрама? / Г. Лейтц; пер. В. Ромек // Alter Ego — 1992 — c. 24-27
    (G. A. Leutz, Was ist Psychodrama?, Praxis der Psychotherapie und Psychosomatik, 1982, 27, c. 73-81)
  11. Психотерапевтическая энциклопедия / под ред. Б. Д. Карвасарского — 2-е издание — СПб.: Питер, 2000.
  12. Психодрама: вдохновение и техника / под ред. М. Карп, П. Холмс — М.: Независимая фирма «Класс», 1997.

---
Павел Корниенко / Идентификация с клиентом и психодраматическое дублирование / v1-0010